Легендарный бренд достался молодому хорватскому парню в белых кроссовках и темных брюках

Глава компании Porsche Оливер Блюм и отвечающий за финансы член совета директоров Porsche Луц Мешке, оба в налакированных туфлях, безупречных брюках и строгих рубашках стоят на одной сцене с молодым бородатым парнем в мешковатом темном костюме и белых кроссовках. И оба немецких топ-менеджера Porsche смотрят на этого парня с нескрываемым уважением, без запинки правильно выговаривая его фамилию.

Римац, Мате Римац. И он здесь главный. Именно его выбрали на роль нового главы и крупнейшего акционера компании Bugatti, а в перспективе, кто знает, и всего высокотехнологичного электромобильного направления группы Volkswagen. Теперь официально.

Кто он такой?

Мате Римац родился в тогда еще в Югославии. Он уроженец Боснии, детство провел в Германии, а сейчас считает своей родиной Хорватию. И да, ему всего 33 года. Илон Маск, которому всего несколько дней назад исполнилось 50 лет, в возрасте Римаца электромобилями еще даже не занимался, а был стремительно лысеющим программистом, заработавшим первые пару десятков миллионов. А Мате уже командует (и отчасти владеет!) Bugatti.

Юноша прославился еще в раннем школьном возрасте, годами выигрывая один европейский конкурс молодых изобретателей за другим. На совершеннолетие родители подарили Мате «Трешку» BMW в кузове e30, которая была старше его самого. И молодой изобретатель сразу смекнул, что двигатель внутреннего сгорания под капотом – деталь лишняя. Особенно после того, как мотор из-за участия Римаца в любительских гонках быстро умер.

Да-да, именно тогда Римац стал переделывать свой BMW в электрокар. Заказал нужные компоненты, собрал первый вариант и понял, что качественных решений для высококлассных электромобилей в мире попросту на тот момент не существует. Он снова все разобрал, позвал нескольких энтузиастов, взял в руки паяльник и стал изобретать электромобиль заново, уже из самодельных деталей.

Через два года его электрическое купе набирало сотню за 3,3 секунды и разгонялось до 280 километров в час. В 20 лет имя Мате Римаца попало в официальные документы Международной автомобильной федерации FIA как создателя самого быстрого электромобиля в мире. Шел 2009 год, Tesla только-только делала свои первые «Родстеры» и собственно уже в тот момент Илону Маску следовало признать, что его электрокары – не самые динамичные в мире. И с тех пор таковыми они так и не стали.

Мате Римац

Обретя некоторую известность в узких кругах специалистов, 21-летний Мате Римац отрастил бороду, чтобы инвесторы думали, что он старше, и зарегистрировал в Хорватии Rimac Automobili, занявшись тем, что у него лучше всего получалось: разработкой высокотехнологичных компонентов для электрических и гибридных спорткаров.

Как привлечь клиентов? Очень просто: выставить свою продукцию на каком-нибудь из международных автосалонов. Но что именно там показать? В 2011 году Римац, которому всего 23 года, с командой представляют на автосалоне во Франкфурте свой первый электрический гиперкар Concept One.

Мате Римац

1241 лошадиная сила, разгон до сотни за 2,5 секунды. И это все ехало! Да, сделали только восемь машин, но вспомните, как они поразили троицу из шоу The Grand Tour. И ничего, что эти необразованные англичане исковеркали фамилию создателя как Римэк. Через пять лет глава Porsche их поправит.

Фирма Римаца смогла получить контракты от Aston Martin, Koenigsegg и Porsche, а чуть позже еще и от Hyundai и Kia. И для поддержания своей репутации в 2018 году представила прототип C_Two, который в прошлом месяце превратился в серийный гиперкар Rimac Nevera.

Сколько бы там Илон Маск не называл Tesla Model S Plaid самым быстрым автомобилем в мире, можете смело ему возразить: нет, Nevera.

Как он пришел к Bugatti

Честно признаться, когда мы в редакции в 2018 году впервые увидели характеристики Rimac C_Two, то в первую очередь подумали именно о Bugatti. Эту легендарную марку в 1998 году выкупил концерн Volkswagen и превратил ее именно в то, чего она и была достойна – в производителя самых быстрых автомобилей в мире. Ну и самых дорогих тоже.

Сначала Veyron, затем Chiron последовательно били все мировые рекорды по динамике и максимальной скорости. Да, многим казалось, что это избыточно. Но находились и те, кто был готов платить за право владеть самой быстрой машиной в мире. И неважно, сколько она стоит.

И вот какой-то Мате Римац в пригороде Загреба с непроизносимым для носителей германских языков названием Света Неделя делает автомобиль, который просто быстрее «Широна».

Bugatti Rimac

Ребятам из штаб-квартиры Bugatti в городке Мольсайм, что находится у границы с Германией, в этот момент оставалось только выйти из роскошного особняка, заменяющего им офис, зайти в кабак и запить с горя, благо там, в Эльзасе, делают не только гиперкары, но и одни из лучших в мире белых вин. Ибо уже тогда было ясно, как только прототип C_Two превратится в серийный Rimac Nevera, бренд Bugatti просто потеряет смысл существования. Кто купит самую дорогую машину в мире, если она — не лучшая?

Похоже, понимали это и в штаб-квартире группы Volkswagen. Собственно, к этому все и шло. Правительства богатых стран давно ужесточали экологические требования к автомобилям. Но когда стали считать по количеству углекислого газа, выбрасываемого из выхлопной трубы за один километр пути, стало ясно: турбированным восьмилитровым моторам W16, что ставятся на Bugatti, не жить.

Я, конечно, не присутствовал на закрытых совещаниях боссов Volkswagen, но думаю их обсуждения выглядели примерно так:

– Что делать с Bugatti?
– Ну, можно было бы создать самый быстрый в мире электрический гиперкар.
– Так, а кто там у нас выпускает самые совершенные электромоторы, батареи, системы управления?
– Да есть там в Хорватии одна маленькая фирма, кажется называется Rimac. Они нам для Porsche гибридный привод делать помогают.
– Постойте, а это не тот ли Rimac, что собирается лишить Bugatti звания производителя самых быстрых автомобилей в мире?
– Точно, он. Вот черт!

В это время сама компания Rimac начинает привлекать инвесторов с именем, продавая свои миноритарные доли. Немножко достается Hyundai, немножко Porsche. И вот тут то и рождается схема, о которой вчера было объявлено официально.

Что за схема?

Пункт первый: Rimac подозрительно задешево позволяет Porsche нарастить долю в компании до 24%. Но не больше. Это важно, так как будь у Porsche хотя бы четверть акций, то немецкая компания могла бы получить доступ к технологиям, по которым Rimac делает детали для других своих партнеров. А это не понравилось бы ребятам из Aston Martin и Hyundai.

Пункт второй. Создается Rimac Group, в которой 24% принадлежит Porsche, 12% – Hyundai, 27% – другим небольшим инвесторам, но крупнейшим акционером все равно остается Мате Римац – у него 37% акций. Для сравнения, доля Илона Маска в «Тесле» всего 21%.

Пункт третий. Rimac Group делится на подразделения: Rimac Technology, которая продолжает оказывать услуги всяким там Hyundai и Aston Martin, а также компания Rimac Automobili.

Наконец, пункт четвертый. Rimac Automobili объединяются с Bugatti в единую компанию, в которой 55% принадлежит Rimac Group, а оставшиеся 45% – Porsche.

Bugatti Rimac

Формально, большая часть Bugatti остается за группой Volkswagen в лице Porsche. Им принадлежит 45% с одной стороны и 24% в 55-процентной доле с другой, что в сумме дает больше 57% в новом СП.

Но на деле Мате Римац будучи крупнейшим акционером контролирует Rimac Group, а поскольку у Rimac Group больше акций в СП с Bugatti, то он контролирует и эту структуру. Что и подтверждается соглашением, согласно которому именно Римац становится главой новой объединенной компании Bugatti Rimac. А Porsche получает достаточно мест в совете директоров, чтобы контролировать молодого хорвата.

Получается, что Bugatti Римацу отдали в обмен на 24-процентную долю в его собственной компании, попутно приплатив пару сотен миллионов. И тем самым нашли ответ на вопрос «Что делать с Bugatti в ввиду скорого запрета мощных бензиновых машин».

Кстати, стоит упомянуть пару забавных фактов. Во-первых, слухи о том, что Rimac получит Bugatti появились почти год назад. Свою долю до 24% Porsche увеличил в марте. Однако о сделке официально объявили только сейчас.

Почему? Да потому, что стороны договорились, что сначала Мате Римац представит свою серийную «Неверу». А то вдруг не сможет. Вдруг она окажется медленнее Bugatti? Какой тогда смысл. Вот почему Римацу так важно было сделать Rimac Nevera настолько невероятным.

Ну а второе, это то, что Hyundai по факту теперь – миноритарный акционер Bugatti. Смиритесь.

Что дальше?

Планов развития брендов концерны не озвучили, подтвердив лишь, что Rimac Nevera останется «Римацом», а Bugatti Chiton останется «Бугатти», то есть переименований уже выпускаемых машин не будет.

Далее в 2022 году Rimac Group по слухам выходит на IPO. Если вы не финансист, то речь о том, что часть акций появится в свободном доступе на рынке, что позволит компании хорошенько заработать на их продаже. Видели сколько стоят акции «Теслы»? А Rimac чем хуже?

Я поясню на примере… Ferrari. Когда-то эта марка была частью концерна Fiat. И купить отдельно акции Ferrari было нельзя. При этом весь Fiat с потрохами стоил примерно 40 миллиардов евро.

Затем Ferrari выделили в отдельную компанию с теми же владельцами. И выставили ее акции на бирже. Оказалось, что очень многие хотят купить именно кусочек Ferrari. Стоимость «Фиата» почти не изменилась, а стоимость Ferrari возросла аж до 50 миллиардов евро. Было 40 миллиардов, а стало 40+50=90 миллиардов в сумме, при этом доля ключевых акционеров изменилась не сильно, зато появились деньги на развитие.

То же хотят сделать и здесь. Самому концерну Volkswagen с его кредитами, простаивающими заводами, профсоюзами и корпоративной бюрократией инвесторы денег на развитие не дадут. А вот отдельно Rimac Group, которая объединяет Rimac Technology, Rimac Automobili и Bugatti – дадут.

Так что боссы Volkswagen провернули гениальную схему. Они нашли для Bugatti технологии, молодого и талантливого лидера и способ добыть инвестиции на развитие. И получили в новой, перспективной компании существенную долю.

А дальше, если пофантазировать, то можно представить, как акции Rimac Group на волне успехов Римаца взлетают до уровня «Теслы» и тогда уже сам Мате делает концерну Volkswagen предложение, от которого тот в такой ситуации не откажется: самому целиком войти в Rimac Group.

При этом Мате Римац останется крупнейшим акционером и главой этого объединенного электромобильного автогиганта. Как тебе такое, Илон Маск?